Брошенные машины в Молдове: закон наконец хотят принять

Есть такой двор на Скулянке, где один и тот же ржавый Opel стоит уже больше десяти лет. Без колёс, с разбитыми стёклами, с травой по пороги. Соседи жалуются в примэрию, примэрия разводит руками – забрать нельзя, закона нет. Участковый приходит, смотрит, уходит. Opel стоит.

Это не исключение. Ржавые, разбитые и нередко заваленные мусором брошенные автомобили повсеместно встречаются в столице. На улице Куза-Водэ – как минимум пять таких машин со спущенными шинами и повреждёнными кузовами, которые явно стоят уже не первый год.

И самое абсурдное: согласно действующему законодательству, брошенные автомобили могут быть эвакуированы только в случае неправильной парковки или блокировки движения. Стоит тихо в углу двора – и никто ничего не может сделать.

Почему это вообще проблема

Пока кто-то смотрит на брошенный хлам во дворе и думает «ну и ладно», реальность чуть серьёзнее.

По состоянию на апрель 2026 года в госреестре Молдовы числится 1 402 237 транспортных средств – за четыре года автопарк вырос на 262 тысячи единиц. Больше всего прибавилось легковых автомобилей – их стало на 180 тысяч больше, чем в 2022 году. При этом дороги и парковки не растут так же быстро.

Кишинёв столкнулся с острым кризисом парковочных мест – количество автомобилей более чем в пять раз превышает расчётную вместимость городской инфраструктуры. Каждое парковочное место на счету. А часть из них занимают машины, которые никуда не поедут – никогда.

Добавь сюда санитарные вопросы: старые машины текут маслом и антифризом в грунт, в них заводятся грызуны, они горят – иногда случайно, иногда намеренно.

Закона нет – и это главная проблема

Из-за отсутствия чёткого регламента, который бы определял само понятие «брошенное транспортное средство», сроки, по истечении которых автомобиль считается брошенным, а также чёткие процедуры эвакуации – власти не могут эффективно вмешиваться. В настоящее время в Кишинёве не существует официального учёта брошенных автомобилей.

Депутат Ольга Урсу из фракции «Альтернатива» описала ситуацию точно: «Сегодня никто – ни мэр, ни полиция, ни префектура – не имеет законного права забрать этот автомобиль. Все видят его, все получают жалобы, но никто не может действовать».

Это не преувеличение. Полиция в разговорах с журналистами годами объясняла одно и то же: хотим, но не можем. Примэрия Кишинёва периодически объявляла о «рейдах» против брошенных машин – и каждый раз упиралась в тот же правовой тупик.

Что предлагают депутаты

Депутаты Гайк Вартанян и Ольга Урсу зарегистрировали законодательную инициативу, которая наконец описывает процедуру от начала до конца.

Алгоритм простой. Местные власти фиксируют факт оставления автомобиля – фото, акт, дата. Уведомляют владельца. Владельцу даётся 10 дней на реакцию. Если он не отозвался или не нашёлся – машину эвакуируют на специальную площадку. Дальше – либо передают в собственность муниципалитета, либо продают, либо отправляют на металлолом.

Важная деталь: все расходы на эвакуацию, транспортировку и хранение несёт владелец. Если владелец не найден – расходы покрываются за счёт продажи машины. Городской бюджет не тратится.

Вартанян особо подчеркнул: никаких новых агентств и департаментов не создаётся. Инструмент дают мэрам и местным советам – тем, кто непосредственно слышит жалобы жителей.

Почему это не просто «взяли и убрали»

Инициатива вдохновлена европейской практикой – и это не просто красивые слова. В большинстве стран ЕС процедура обращения с брошенными транспортными средствами давно прописана. В Германии – 4 недели на реакцию владельца, потом утилизация за его счёт. Во Франции – похожая схема через префектуры. Никто там особо не страдает от того, что чья-то гниющая машина занимает место во дворе годами.

Молдова в этом смысле – белое пятно. Нет определения, нет сроков, нет ответственного. Законопроект это исправляет – по крайней мере на бумаге.

Вопрос в том, дойдёт ли он до голосования и не потеряется ли где-нибудь между первым и вторым чтением. Таких инициатив в молдавском парламенте было немало – доходили до принятия далеко не все.

Тот ржавый Opel на Скулянке всё ещё стоит. Если закон примут – у примэрии появится инструмент, чтобы его забрать. Если не примут – он простоит ещё десять лет. В Молдове есть вещи, которые умеют ждать.